На языке жестов сакральность лица подчеркивается жестом, характерным для погребального ритуала — бет жырту, буквально — царапание лица.

В старину такой жест совершался женщинами во время исполнения жоктау — поминально-обрядовой песни. Этот обычай существовал и у других тюркских народов, некоторые из которых практиковали его в другие значимые даты поминальной обрядности (7-й, 40-й день). Аналогичный жест существовал и у кыргызов. Н.Я. Бичурин пишет, что у тюкюйцев существовал следующий обычай: тело покойника полагают в палатке. Сыновья, внуки и родственники обоего пола закалывают лошадей и овец и, разложив перед палаткою, приносят в жертву, семь раз объезжают вокруг палатки на верховых лошадях, потом перед входом в палатку ножом надрезают себе лица и производят плач: кровь и слезы совокупно льются [2, с. 230].

Жест расцарапывания лица до крови в погребальном обряде практиковался вдовами и близкими родственниками, по сведениям историков, и у кочевых и оседлых народов Центральной Азии. Считается, что первое упоминание об этом жесте находится в Орхонских памятниках письменности. Этот жест трактовался носителями как знак выражения глубокой печали, тоски и любви к покойнику. Бет жырту может рассматриваться как символическая замена добровольного отхода жены или других ближайших родственников вслед за мужем.