Луна занимает особое место в казахской мифологии, ассоциируется с женской ипостатью и ей приписываются различные магические свойства. Это народный образец красоты и изящества, а также участник некоторых ритуальных и обрядовых действий: новой луне поклонялись, а ее четыре фазы во многих культурах олицетворяют четыре основные стадии жизни человека – рождение, взросление, старение и смерть. Реликты почитания этого ночного светила отмечены в фольклоре и ряде запретов/табу (нельзя показывать на нее пальцем, лицом к ней не справлять нужду и т.д.), а новорожденных девочек часто нарекали именами, связанными с луной (Айсулу, Айгуль, Айтолган и др.). Каждое важное дело древние кочевники начинали в новолуние. Производными от «ай» (луна) являются и другие варианты узора («ай гуль», «айшік гуль» и др.). Часто встречается на коврах, женских украшениях и др. изделиях.

Не менее популярен в казахской культуре и полумесяц. В древности он, вероятнее всего, символизировал лунное божество, т.е. соотносится с культом Луны и был своеобразным «проводником», соединяющим мир живых с миром духов. Этот знак использовался в качестве родовой тамги у многих тюркских народов. И сегодня, устанавливаемые на мусульманских кладбищах, выступают как символ мира духов (и последней фазы луны – знака загробного мира).

Узор широко применялся в резьбе по дереву и в декорировании конской сбруи. У этого орнаментального мотива есть несколько производных: «үш айшык» — три полулуния и «төрт айшык» — четыре полулуния.

Семантика астральных символов (ай, айшік, жулдыз и т.д.) однозначна не только благодаря своей принадлежности к Верхнему миру, но и расположением на погребальных памятниках, заполняющих верхние ярусы – парапеты, архитравный пояс и др.